По своему творческому методу группа «Моральный кодекс» - это такой оркестр на «Титанике». Все вокруг тонет, рушится и гибнет, а музыканты во фраках знай себе выводят на верхней палубе легкую классику. И в 90-х, и в 2000-х «Моральный кодекс» всем видом показывал свою отдельность от ландшафта – как музыкального, так и социально-общественного. Невзирая на революции, путчи, реставрацию кровавого режима – Сергей Мазаев и компания продолжали делать красиво, не снимая, никогда не снимая своих фраков. Их принято числить в эталонах вкуса и профессионализма – но дело даже не в этом, а в абсолютной отстраненности музыкантов от трендов и от быта. Они создали собственную геоцентрическую систему мира, где всё крутится вокруг их способа самовыражения, а не подстраивается под чужие. Это вызывает уважение, интерес и так далее – совершенно независимо от того, какую фигу держат «моральные» в несуществующих карманах своих фраков. Да даже если фиги никакой и нет, а есть один снобизм – это тоже заслуживает респекта, ибо «Кодекс» свою партию ведет четко, не лажая и не сворачивая на другие рельсы. В другие жанры группа иногда заглядывает – взять тех же «Матросов», - но даже шансонные произведения «МК» блестяще авторизует под свой стиль.

Нетипичность «Морального кодекса» еще и в том, что фронтмен команды не является автором ее репертуара. Впрочем, Сергей Мазаев настолько органично интерпретирует музыку Николая Девлет-Кильдеева и тексты Павла Жагуна, что песни кажутся вросшими именно в его манеру. Мазаев охотно исполняет и кавер-версии, из которых в конечном итоге сложился этот сольный диск. Продюсеры разнокалиберных «Старых песен о главном» с удовольствием приглашали вокалиста «Морального кодекса» в свои проекты – и его римейки чаще всего становились их украшением.

Трек-лист «Избранного» отличается невероятной эклектичностью – тут и «Я люблю тебя до слез», и «Что так сердце растревожено», и магомаевский «Ноктюрн», и джазовые стандарты, и «Симона», и «Проститься». Подобная всеядность граничит с профессионализмом ресторанного лабуха, по роду службы помнящего несметное число разножанровых хитов. Это лишний раз подтверждает, что «Моральный кодекс» может играть что угодно – при этом если в ресторане нужно исполнять шлягеры близко к оригиналу, то Сергей Мазаев оставляет на чем угодно отпечаток собственного стиля. И стильности.

Понятно, что Мазаев никогда не переплюнет в смысле вокала Муслима Магомаева; понятно, что его органике не очень-то соответствует простодушное «Что так сердце растревожено»; понятно также, что каверы на джазовую классику у него в лучшем случае получатся стилизациями. Однако стоит надеть привычный фрак – и эти проблемы оказываются вовсе не проблемами: музыкант смотрит на первоисточники свысока, заменяет старание иронией, а уважение к оригиналам демонстрирует через уверенность в себе. Один мой знакомый не выносил «кодексовскую» версию «I’m Going» - она казалась ему слишком неестественной, слишком явно идущей от ума, а не от души. Но что тут сделаешь: куда умище-то девать? Мазаеву удается превращать чужие произведения в очень любопытные свои, и наблюдать за этой игрой куда интереснее, чем в сотый раз слушать сделанный «близко к тексту» кавер. А опция «душевность» в его случае включена не по умолчанию – но, например, «Я люблю тебя до слез» и «Проститься» этим качеством оснащены по полной.